Например, Белоруссия отменила квоту на поставки российской рыбной продукции. Однако вслед за этим появился указ Лукашенко, устанавливающий государственную монополию на ввоз рыбы и, по сути, личный контроль президента над тем, кто и сколько может завезти этой продукции в Белоруссию. Перечень рыбных поставщиков отныне подписывает сам Лукашенко. С одной стороны, этим актом как будто бы отменяются количественные ограничения на импорт рыбопродуктов, и даже вводится конкурсный отбор поставщиков. Однако этот конкурс проводится под контролем президента. Такая схема, по мнению экспертов, делает механизм рыбных поставок еще менее прозрачным, чем раньше. Российским партнерам в результате такой метаморфозы комфортнее ничуть не стало.
Аналогичная ситуация и на табачном рынке. Белоруссия на 40 процентов повысила ставки акцизов на дорогие сигареты и, кроме того, учредила институт так называемого «специмпортера». Тем самым были поставлены новые «рогатки» на пути российского импорта. В Белоруссии дорогие сигареты не производятся. А когда такие сигареты из России облагаются повышенным государственным налогом, это делает их еще менее привлекательными для белорусского потребителя. При этом статус «специмпортера» ничуть не более прозрачен, чем рыбная государственная монополия.
Не менее серьезной проблемой является и то, что Белоруссия затрудняет участие российского бизнеса в конкурсах. Тему продолжает эксперт по Белоруссии Александр Фадеев: «Самое главное, на мой взгляд, что белорусская сторона не предоставляет российским субъектам хозяйствования, российским бизнес-структурам возможности участвовать на равных в тендерах, в конкурсах. Российская сторона в данном случае ущемлена. Кроме того, белорусская сторона продает ряд своих предприятий исключительно иностранным инвесторам и не имеет в виду подключение к конкурсам на их продажу, например, российских компаний. Самый последний наглядный пример – это продажа завода «Мото-Вело», который продан австрийской фирме - и продан на корню. То есть все разговоры белорусского руководства, что контрольный пакет акций оно никому не будет отдавать, оказались блефом. Завод продан. Но, еще раз повторяю, подобные примеры в отношении российской стороны в данный момент в Белоруссии – невозможны».
Эксперты не исключают, что белорусская сторона, если можно так выразиться, «обиделась» на Россию. Во-первых, за повышение цены на газ. А, во-вторых, за то, что эту цену Минск вынужден был заплатить. Обидевшись на «Газпром», белорусские партнеры теперь, видимо, отыгрываются на других агентах российского бизнеса. Однако, как полагает Александр Фадеев, это еще не отменяет идею союзного государства: «Я бы обратил внимание на то, что эти конфликты с Белоруссией в торговой и экономической сферах происходили и ранее. И эти конфликты будут и далее сопровождать отношения двух стран. Но, с моей точки зрения, вот эти чисто коммерческие разбирательства не должны заслонять главного – что оба государства намерены осуществить проект, пусть в далеком будущем, но проект союзного государства. Ни Белоруссия, ни Россия от этого проекта, публично по крайней мере, не отказались. Этот проект здравый и соответствует интересам народов двух стран».
В какой-то мере проблемы Минска можно понять. Так называемое «белорусское экономическое чудо» во многом базировалось на дотациях и преференциях со стороны Москвы. Однако это время прошло. И сегодня Москву интересует реальное партнерство.